Дневник кино
  

США, 2003, 100 мин.

комедия / мелодрама

Режиссер: Джоэл Коэн

Продюсеры: Итан Коэн, Брайан Грэйзер

Сценаристы: Итан Коэн, Джоэл Коэн, Роберт Рэмзи, Мэттью Стоун

Оператор: Роджер Дикинс

Композитор: Картер Баруэлл

В ролях: Джордж Клуни, Кэтрин Зета-Джонс, Джеффри Раш, Седрик Развлекатель, Билли Боб Торнтон, Эдвард Херрман, Пол Оделстейн, Ричард Дженкинс, Джулиа Даффи, Джонатан Хэдэри, Том Олдридж, Стэйси Трэвис, Джек Кайл, Ирвин Кейс, Джудит Дрэйк, Ройс Д. Эпплгейт, Джордж Ивс, Бут Колман, Кристин Даттило, Уэндл Джозефер, Мэри Пэт Глисон, Миа Коттет, Кирстен Уоррен, Изабелл О'Коннор, Колин Линден, Джон Блисс, Брюс Кэмпбелл

Невыносимая жестокость

Intolerable Cruelty

Оценка 6 из 10Оценка 6 из 10Оценка 6 из 10Оценка 6 из 10Оценка 6 из 10Оценка 6 из 10Оценка 6 из 10Оценка 6 из 10Оценка 6 из 10Оценка 6 из 10
Награды
Постеры

Алексей Дубинский
24 ноября 2003

Майлс Мэсси, ловкий, хваткий, но безнадежно скучающий адвокат по бракоразводным процессам, берется за дело магната Рекса Рексрота, который изменил жене, но делиться деньгами с ней не желает. Мэсси не стоит труда доказать, что Мэрилин Рексрот - расчетливая аферистка, пожирающая богатых мужей, так что он с блеском выигрывает процесс. В ответ разъяренная Мэрилин жаждет отомстить пронырливому юристу и плетет свою паутину...

Собственно, вся интрига, выстроенная плутовкой Мэрилин, строится на одном, весьма зыбком нюансе - прежде, чем Мэсси женится на ней, он должен в нее влюбиться. Тут мы либо верим, что адвокат был сражен красотой и умом своей соперницы, либо вся конструкция начинает шататься из-за непрочности фундамента. Допустим, Майлс действительно скучает, страдает нехваткой жизненной остроты и видит в Мэрилин новые безграничные возможности, а потому из заядлого хитреца превращается в придурка и на съезде адвокатов вместо коронной речи выдает зажигательную псевдопафосную байду про любовь (чем, кстати, срывает аплодисменты своих коллег). Но меньше верится в ответное чувство хищницы - ей-то, ловко рассчитавшейся за унижение, с чего бы жалеть и тем более влюбляться в свою жертву?

Тут самое время вспомнить, что Невыносимая жестокость - новая лента братьев Коэнов, и какой невероятной не казалась бы история в их предыдущих фильмах, внутри созданного Коэнами собственного мира вращательный механизм всегда запускала жесткая драматургическая логика. Герои и ситуации Бартона Финка, Зиц-председателя или О, где же ты, брат? вырастали из придуманных братьями законов существования новой кинореальности, сотканной из стилизации, эксцентрики и тонкого стеба. Помимо всего, важнейшим условием каждого их творения становилась тотальная размытость жанра, его принципиальная неопределенность, что вполне соответствовало общим правилам новейшего искусства и выдвинуло режиссеров в число ведущих постмодернистов современного кинематографа. Даже если непосвященным казалось, что Просто кровь - это триллер, Фарго - детектив, а Перевал Миллера - гангстерский боевик, остальным где-то за декорациями обязательно мерещились лукавые образы их создателей и умная ирония; это и не позволяло нам тот же Перевал Миллера толкать в одну компанию с Перевал Миллера и Перевал Миллера.

Здесь все по-другому. Стилизация подразумевает ее предельно точный объект. Например, в Зиц-председателе - это комедии Капры и Стерджеса, а в Человеке, которого не было - классический "нуар". А что стало объектом стилизации в Невыносимой жестокости? Нечто слишком общее и при том закостеневшее под названием "романтическая комедия". Право, даже рядовой постановщик Пейтон Рид в своем закосе под 60-е К черту любовь! был конкретней. Сломать стереотипы любого сентиментального жанра труднее, ведь для тех, кто привык работать с вещами более сложными, они и площе, и мельче. Неудивительно, что сценарий вообще долгое время ускользял от Коэнов, гулял по Голливуду и даже имел шанс воплотиться в очередную пустышку, типа Красотки, с Р. Гиром и Дж. Робертс. Коэны приняли его, насытили собственными смыслами, усложнили содержание до сатирических выпадов в сторону американского судопроизводства, однако так и не познали, что приводит в движение этот гигантский аморфный механизм под названием "романтика".

Поэтому тем, кто не любит стандартную пресность любовных перекрестков (а отношения главных героев пресны и стандартны, как бы авторам не хотелось), лучше развлечься поиском типично коэновских деталей и мелочей. Если Мэсси становится коэновским персонажем лишь на мгновение, когда с газовым баллончиком крадется по собственному дому, уже заграбастанному Мэрилин, то практически о любом герое второго плана - от монструозного старика, владельца адвокатской фирмы, до гориллоподобного киллера - Коэны вполне могли бы снять самостоятельный фильм.

Но в целом Невыносимая жестокость - это, скорее, разочарование. Мало того, что режиссеры не за тот жанр взялись, внутри фильма есть откровенные логические провалы. Скажем, окрутить-то Мэрилин окрутила Мэсси, но, собственно, какой веский довод она приготовила, чтобы на законных основаниях с ним развестись и прибрать к рукам половину его состояния? Возникает ощущение, что эту часть сценария по ошибке скомкали и выбросили, а потому снимать пришлось по тому варианту, что остался. Так что дай Бог, чтобы новый сценарий Коэны уже писали безо всяких напарников, с самого начала придумывая не только отдельные блестящие кунштюки, но и саму историю. Подождем их следующий фильм?