Алексей Дубинский
22 апреля 2003
Когда-то, четверть века назад, Сталлоне прописал в своем великом "Рокки" чудную фразу. Он шел с подругой по ночному городу и признавался ей: "Прекрасно. Ты застенчивая. А я тупой". С тех пор утекло много воды, пронеслась тьма боксерских раундов, освободилось во Вьетнаме масса заключенных, изо всех сил, оставаясь живым, на две лопатки положены мириады ночных ястребов, нечестных копов, специалистов и прочих разрушителей, а заодно упала в пропасть одна подружка главного героя. Тупой боксер сменил перчатки на кисть художника, к тому же научился рассуждать и произносить большие монологи.
Печальный взгляд бывшего кумира и пагубная страсть к слащавым сентенциям, обязательно за жизнь, умудрились превратить в экзистенциальные откровения многие его последние фильмы. Из Слая прет не только жизненная мудрость, но и дикая рефлексия. Берт Рейнолдс говорит ему: "Мы оба отлично знаем, что такое падать вниз". "Да", - скромно, а главное, очень коротко подтверждает Слай. Кажется, за весь фильм это его единственная короткая реплика.
Удивительно, как Ренни Харлин, не сентиментальный вроде бы, судя по предыдущим его лентам, режиссер, умудрился вляпаться в такое сопливое кино. Хотя понятно - пусть он и режиссировал "Гонщика", а продюсировал его на пару со Сталлоне, сценарий Слай писал все-таки один. И прописал себе, любимому, такого, что просто уши вянут, выслушивая все это. Не лучше остальные роли: когда открывают рты и другие герои, из них также валятся заезженные банальности и глупости. Такое ощущение, что замечательным парням, которые умеют любить, дружить и классно вписываться в повороты, при этом желательно молчать. Их подружкам, кстати, тоже.
Но кроме откровений в фильме еще есть гонки. Пусть компонент они весьма второстепенный по отношению к прекрасным диалогам, они, слава богу, есть. Правда, Харлин, вертится меж трех сосен, определенно не представляя, как на таком материале снять увлекательный экшн, не имея под рукой крепких орешков, скалолазов, пиратов, чудовищных акул или, на худой конец, домохозяек, оказывающихся секретными агентами. Простые взаимоотношения людей ему совершенно чужды, а сценарист и актеры ему отказываются помогать (верхом идиотизма становится сцена, где Блай и его главный конкурент-немец слетают с трассы, чтобы спасти погибающего гонщика). Так что и гонки, пусть снятые весьма технично, представляют собой набор штампованных кадров, которые можно нарезать с любой "Формулы-1".
Что еще осталось? Сменяющиеся стадионы (похожие один на другой, что в Германии, что в США или Японии), толпы болельщиков, красивые девчонки, рекламные плакаты (фильм определенно окупил себя еще до выхода). И выглядит все это нарезкой глянцевых плакатов и видеороликов. Ренни Харлин, снимающий весьма неровное и вторичное, но увлекательное кино, на сей раз снял кино просто скучное. Мы ему этого не простим. |
